Конец эпохи романтизма (Тимур Шаов)
Конец эпохи романтизма
слова и музыка Тимур Шаов
«Луна загадочная шьёт узор на океанской ткани…»
Так написал один поэт, но это чушь и ерунда!
Луна есть спутник, просто шар. Что там загадочного? Камни?
И в океане ткани нет, а есть солёная вода.
Нас на арапа не возьмёшь, на красоту, на романтизм.
Луна есть шар, азот есть газ, а ноль на ноль равно нолю.
А чувства — просто ток в мозгу, электроимпульс, гальванизм.
Вот так проскочит электрон — Онегин: «Ах, я вас люблю!»
Рациональный человек — он видит суть вещей, натуру.
Романтик крыльями трещит: «Любовь, Джульетта, райский сад!»
Прагматик видит всё как есть: козла, кокетливую дуру…
Да и вообще, что есть любовь на сей рациональный взгляд?
А вот что:
Вот самец почуял вдруг существо другого пола,
У него тестостерон уже булькает в зобу,
А наличие в крови полпромилле этанола
Растормаживает мозг и снимает все табу.
У него гипергидроз, у неё тахикардия,
В кровь идёт окситоцин, возбудимость возросла,
Допамин, серотонин вызывают эйфорию,
Депонируется кровь в кавернозные тела.
Копуляция — процесс, прямо скажем, тривиальный.
Нейрогуморальный всплеск, вожделенье, так сказать.
Дальше — фрикций череда, «Oh my god!», аккорд финальный,
Рефрактерность — и упрёк, типа: «А поцеловать?»
Кстати, что есть поцелуй, так сказать, с позиций дарвинизма?
С красною каймою губ кратковременный контакт.
А там ведь герпес, стрептококк — никакого романтизма.
Вот вам вся ваша любовь. Извиняйте, что не так!
Любовь-любовь, романтика… Это химия, брат, математика!
Так написал один поэт, но это чушь и ерунда!
Луна есть спутник, просто шар. Что там загадочного? Камни?
И в океане ткани нет, а есть солёная вода.
Нас на арапа не возьмёшь, на красоту, на романтизм.
Луна есть шар, азот есть газ, а ноль на ноль равно нолю.
А чувства — просто ток в мозгу, электроимпульс, гальванизм.
Вот так проскочит электрон — Онегин: «Ах, я вас люблю!»
Рациональный человек — он видит суть вещей, натуру.
Романтик крыльями трещит: «Любовь, Джульетта, райский сад!»
Прагматик видит всё как есть: козла, кокетливую дуру…
Да и вообще, что есть любовь на сей рациональный взгляд?
А вот что:
Вот самец почуял вдруг существо другого пола,
У него тестостерон уже булькает в зобу,
А наличие в крови полпромилле этанола
Растормаживает мозг и снимает все табу.
У него гипергидроз, у неё тахикардия,
В кровь идёт окситоцин, возбудимость возросла,
Допамин, серотонин вызывают эйфорию,
Депонируется кровь в кавернозные тела.
Копуляция — процесс, прямо скажем, тривиальный.
Нейрогуморальный всплеск, вожделенье, так сказать.
Дальше — фрикций череда, «Oh my god!», аккорд финальный,
Рефрактерность — и упрёк, типа: «А поцеловать?»
Кстати, что есть поцелуй, так сказать, с позиций дарвинизма?
С красною каймою губ кратковременный контакт.
А там ведь герпес, стрептококк — никакого романтизма.
Вот вам вся ваша любовь. Извиняйте, что не так!
Любовь-любовь, романтика… Это химия, брат, математика!
Июльский день, терраса, плющ, в тени белеет колоннада,
Немного фруктов и маслин, кувшин холодного вина.
Здесь пишет небольшой портрет большой романтик Леонардо.
У донны Лизы Герардини немного затекла спина.
Да, вот Джоконда: идеал, она божественна с избытком,
Какой колор, полутона! Сфумато — он это любил.
Но вот слегка навыкате глаза — сдается мне, тут щитовидка:
Припухлость шеи, нервный рот... Ей надо пить мерказолил!
У рубенсовских у Венер вторая степень ожиренья,
А глазуновский персонаж, напротив, тощ и измождён —
Туберкулез, а, может, тиф. Ну, видно то, что нет спасенья.
Во всём, во всём пытливый взгляд найдет изъян, воткнёт пистон.
Или вот: концертный зал, Фредерик Шопен, ноктюрны.
Все внимания полны: вот завязка, вот рефрен.
Не галдят, попкорн не жрут. Что сказать, народ культурный,
Шопенеют от души: «Ах, Шопен!» — А что Шопен?
А возьми-ка стервеца, да разложи его по нотам,
Подиезно разнеси, побемольно раскатай,
С калькулятором пройдись ты по всем этим красотам…
Всё ж понятно, cкучно всё, просто, как щенячий лай.
Фа-минорный тетрахорд не новость в мировой культуре.
Тут вот — вводный септ-аккорд, там — триоли слегонца,
Выход в си-бемоль минор, потом секвенция в це-дуре,
Транспонировал рефрен — и ламца-дрица-гоп-ца-ца!
Среди пишущей братвы тьма таких же акробатов.
Вот сонату си-минор писал два года Ференц Лист,
А информации-то в ней — всего на пару мегабайтов.
«Это ж просто ерунда!» — скажет всякий программист.
Ах, музыка, романтика… Это физика, брат, математика!
Вот подрастает молодняк с ухваткой римского тарана,
И нам, потешным байронам, дают совет: «Хорош трындеть!».
Это гуманистический посыл — нас посылают, но гуманно.
Могли и шашкой рубануть — мы зря ругаем молодёжь!
Как тектонический процесс, проходит смена поколений,
И наш никчемный романтизм, возможно, не спалят дотла.
Но поколения грядут, которым, в общем-то, до фени
И божество, и вдохновенье, и бла-бла-бла, и все дела.
И божество, и вдохновенье и бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла.
Немного фруктов и маслин, кувшин холодного вина.
Здесь пишет небольшой портрет большой романтик Леонардо.
У донны Лизы Герардини немного затекла спина.
Да, вот Джоконда: идеал, она божественна с избытком,
Какой колор, полутона! Сфумато — он это любил.
Но вот слегка навыкате глаза — сдается мне, тут щитовидка:
Припухлость шеи, нервный рот... Ей надо пить мерказолил!
У рубенсовских у Венер вторая степень ожиренья,
А глазуновский персонаж, напротив, тощ и измождён —
Туберкулез, а, может, тиф. Ну, видно то, что нет спасенья.
Во всём, во всём пытливый взгляд найдет изъян, воткнёт пистон.
Или вот: концертный зал, Фредерик Шопен, ноктюрны.
Все внимания полны: вот завязка, вот рефрен.
Не галдят, попкорн не жрут. Что сказать, народ культурный,
Шопенеют от души: «Ах, Шопен!» — А что Шопен?
А возьми-ка стервеца, да разложи его по нотам,
Подиезно разнеси, побемольно раскатай,
С калькулятором пройдись ты по всем этим красотам…
Всё ж понятно, cкучно всё, просто, как щенячий лай.
Фа-минорный тетрахорд не новость в мировой культуре.
Тут вот — вводный септ-аккорд, там — триоли слегонца,
Выход в си-бемоль минор, потом секвенция в це-дуре,
Транспонировал рефрен — и ламца-дрица-гоп-ца-ца!
Среди пишущей братвы тьма таких же акробатов.
Вот сонату си-минор писал два года Ференц Лист,
А информации-то в ней — всего на пару мегабайтов.
«Это ж просто ерунда!» — скажет всякий программист.
Ах, музыка, романтика… Это физика, брат, математика!
Вот подрастает молодняк с ухваткой римского тарана,
И нам, потешным байронам, дают совет: «Хорош трындеть!».
Это гуманистический посыл — нас посылают, но гуманно.
Могли и шашкой рубануть — мы зря ругаем молодёжь!
Как тектонический процесс, проходит смена поколений,
И наш никчемный романтизм, возможно, не спалят дотла.
Но поколения грядут, которым, в общем-то, до фени
И божество, и вдохновенье, и бла-бла-бла, и все дела.
И божество, и вдохновенье и бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла.
Жанр: АП
0
Аккорды
(1)
A Hm7
«Луна загадочная шьёт узор на океанской ткани…»
D E7
Так написал один поэт, но это чушь и ерунда!
A Hm7
Луна есть спутник, просто шар. Что там загадочного? Камни?
D E7 A
И в океане ткани нет, а есть солёная вода.
E7 A E7 A
Нас на арапа не возьмёшь, на красоту, на романтизм.
C#7 F#m C#7 F#m7
Луна есть шар, азот есть газ, а ноль на ноль равно нолю.
E7 A C#7 F#m7
А чувства — просто ток в мозгу, электроимпульс, гальванизм.
D A E7 A
Вот так проскочит электрон — Онегин: «Ах, я вас люблю!»
A Hm7
Рациональный человек — он видит суть вещей, натуру.
D E7
Романтик крыльями трещит: «Любовь, Джульетта, райский сад!»
A Hm7
Прагматик видит всё как есть: козла, кокетливую дуру…
D E7 A
Да и вообще, что есть любовь на сей рациональный взгляд?
C#7
А вот что:
F#m C#7 F#m
Вот самец почуял вдруг существо другого пола,
C#7 F#m
У него тестостерон уже булькает в зобу,
F#7 Hm7 E7 A
А наличие в крови полпромилле этанола
Hm7 F#m7 C#7 F#m7 E7
Растормаживает мозг и снимает все табу.
A(?) E7(?) A(?)
У него гипергидроз, у неё тахикардия,
D(?) A(?) G#7 С#7
В кровь идёт окситоцин, возбудимость возросла,
D A C#7 F#m7
Допамин, серотонин вызывают эйфорию,
D A E7 A
Депонируется кровь в кавернозные тела.
F#m C#7 F#m
Копуляция — процесс, прямо скажем, тривиальный.
C#7 F#m
Нейрогуморальный всплеск, вожделенье, так сказать.
F#7 Hm7 E7 A
Дальше — фрикций череда, «Oh my god!», аккорд финальный,
Hm7 F#m7 C#7 F#m E7
Рефрактерность — и упрёк, типа: «А поцеловать?»
A(?) E7(?) A(?)
Кстати, что есть поцелуй, так сказать, с позиций дарвинизма?
D(?) A(?) G#7 C#7
С красною каймою губ кратковременный контакт.
D A C#7 F#m7
А там ведь герпес, стрептококк — никакого романтизма.
D A E7 A
Вот вам вся ваша любовь. Извиняйте, что не так!
D A E7 A E7
Любовь-любовь, романтика… Это химия, брат, математика!
A Hm7
«Луна загадочная шьёт узор на океанской ткани…»
D E7
Так написал один поэт, но это чушь и ерунда!
A Hm7
Луна есть спутник, просто шар. Что там загадочного? Камни?
D E7 A
И в океане ткани нет, а есть солёная вода.
E7 A E7 A
Нас на арапа не возьмёшь, на красоту, на романтизм.
C#7 F#m C#7 F#m7
Луна есть шар, азот есть газ, а ноль на ноль равно нолю.
E7 A C#7 F#m7
А чувства — просто ток в мозгу, электроимпульс, гальванизм.
D A E7 A
Вот так проскочит электрон — Онегин: «Ах, я вас люблю!»
A Hm7
Рациональный человек — он видит суть вещей, натуру.
D E7
Романтик крыльями трещит: «Любовь, Джульетта, райский сад!»
A Hm7
Прагматик видит всё как есть: козла, кокетливую дуру…
D E7 A
Да и вообще, что есть любовь на сей рациональный взгляд?
C#7
А вот что:
F#m C#7 F#m
Вот самец почуял вдруг существо другого пола,
C#7 F#m
У него тестостерон уже булькает в зобу,
F#7 Hm7 E7 A
А наличие в крови полпромилле этанола
Hm7 F#m7 C#7 F#m7 E7
Растормаживает мозг и снимает все табу.
A(?) E7(?) A(?)
У него гипергидроз, у неё тахикардия,
D(?) A(?) G#7 С#7
В кровь идёт окситоцин, возбудимость возросла,
D A C#7 F#m7
Допамин, серотонин вызывают эйфорию,
D A E7 A
Депонируется кровь в кавернозные тела.
F#m C#7 F#m
Копуляция — процесс, прямо скажем, тривиальный.
C#7 F#m
Нейрогуморальный всплеск, вожделенье, так сказать.
F#7 Hm7 E7 A
Дальше — фрикций череда, «Oh my god!», аккорд финальный,
Hm7 F#m7 C#7 F#m E7
Рефрактерность — и упрёк, типа: «А поцеловать?»
A(?) E7(?) A(?)
Кстати, что есть поцелуй, так сказать, с позиций дарвинизма?
D(?) A(?) G#7 C#7
С красною каймою губ кратковременный контакт.
D A C#7 F#m7
А там ведь герпес, стрептококк — никакого романтизма.
D A E7 A
Вот вам вся ваша любовь. Извиняйте, что не так!
D A E7 A E7
Любовь-любовь, романтика… Это химия, брат, математика!
(2)
Июльский день, терраса, плющ, в тени белеет колоннада,
Немного фруктов и маслин, кувшин холодного вина.
Здесь пишет небольшой портрет большой романтик Леонардо.
У донны Лизы Герардини немного затекла спина.
Да, вот Джоконда: идеал, она божественна с избытком,
Какой колор, полутона! Сфумато — он это любил.
Но вот слегка навыкате глаза — сдается мне, тут щитовидка:
Припухлость шеи, нервный рот... Ей надо пить мерказолил!
У рубенсовских у Венер вторая степень ожиренья,
А глазуновский персонаж, напротив, тощ и измождён —
Туберкулез, а, может, тиф. Ну, видно то, что нет спасенья.
Во всём, во всём пытливый взгляд найдет изъян, воткнёт пистон.
Или вот: концертный зал, Фредерик Шопен, ноктюрны.
Все внимания полны: вот завязка, вот рефрен.
Не галдят, попкорн не жрут. Что сказать, народ культурный,
Шопенеют от души: «Ах, Шопен!» — А что Шопен?
А возьми-ка стервеца, да разложи его по нотам,
Подиезно разнеси, побемольно раскатай,
С калькулятором пройдись ты по всем этим красотам…
Всё ж понятно, cкучно всё, просто, как щенячий лай.
Фа-минорный тетрахорд не новость в мировой культуре.
Тут вот — вводный септ-аккорд, там — триоли слегонца,
Выход в си-бемоль минор, потом секвенция в це-дуре,
Транспонировал рефрен — и ламца-дрица-гоп-ца-ца!
Среди пишущей братвы тьма таких же акробатов.
Вот сонату си-минор писал два года Ференц Лист,
А информации-то в ней — всего на пару мегабайтов.
«Это ж просто ерунда!» — скажет всякий программист.
Ах, музыка, романтика… Это физика, брат, математика!
(3)
A Hm7
Вот подрастает молодняк с ухваткой римского тарана,
D E7
И нам, потешным байронам, дают совет: «Хорош трындеть!».
A Hm7
Это гуманистический посыл — нас посылают, но гуманно.
D E7 A
Могли и шашкой рубануть — мы зря ругаем молодёжь!
E7 A E7 A
Как тектонический процесс, проходит смена поколений,
C#7 F#m7 C#7 F#m7
И наш никчемный романтизм, возможно, не спалят дотла.
E7 A C#7 F#m7
Но поколения грядут, которым, в общем-то, до фени
D A E7 A
И божество, и вдохновенье, и бла-бла-бла, и все дела.
D A E7 A
И божество, и вдохновенье и бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла.
Июльский день, терраса, плющ, в тени белеет колоннада,
Немного фруктов и маслин, кувшин холодного вина.
Здесь пишет небольшой портрет большой романтик Леонардо.
У донны Лизы Герардини немного затекла спина.
Да, вот Джоконда: идеал, она божественна с избытком,
Какой колор, полутона! Сфумато — он это любил.
Но вот слегка навыкате глаза — сдается мне, тут щитовидка:
Припухлость шеи, нервный рот... Ей надо пить мерказолил!
У рубенсовских у Венер вторая степень ожиренья,
А глазуновский персонаж, напротив, тощ и измождён —
Туберкулез, а, может, тиф. Ну, видно то, что нет спасенья.
Во всём, во всём пытливый взгляд найдет изъян, воткнёт пистон.
Или вот: концертный зал, Фредерик Шопен, ноктюрны.
Все внимания полны: вот завязка, вот рефрен.
Не галдят, попкорн не жрут. Что сказать, народ культурный,
Шопенеют от души: «Ах, Шопен!» — А что Шопен?
А возьми-ка стервеца, да разложи его по нотам,
Подиезно разнеси, побемольно раскатай,
С калькулятором пройдись ты по всем этим красотам…
Всё ж понятно, cкучно всё, просто, как щенячий лай.
Фа-минорный тетрахорд не новость в мировой культуре.
Тут вот — вводный септ-аккорд, там — триоли слегонца,
Выход в си-бемоль минор, потом секвенция в це-дуре,
Транспонировал рефрен — и ламца-дрица-гоп-ца-ца!
Среди пишущей братвы тьма таких же акробатов.
Вот сонату си-минор писал два года Ференц Лист,
А информации-то в ней — всего на пару мегабайтов.
«Это ж просто ерунда!» — скажет всякий программист.
Ах, музыка, романтика… Это физика, брат, математика!
(3)
A Hm7
Вот подрастает молодняк с ухваткой римского тарана,
D E7
И нам, потешным байронам, дают совет: «Хорош трындеть!».
A Hm7
Это гуманистический посыл — нас посылают, но гуманно.
D E7 A
Могли и шашкой рубануть — мы зря ругаем молодёжь!
E7 A E7 A
Как тектонический процесс, проходит смена поколений,
C#7 F#m7 C#7 F#m7
И наш никчемный романтизм, возможно, не спалят дотла.
E7 A C#7 F#m7
Но поколения грядут, которым, в общем-то, до фени
D A E7 A
И божество, и вдохновенье, и бла-бла-бла, и все дела.
D A E7 A
И божество, и вдохновенье и бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла.