Инструкция перед поездкой за рубеж, или Полчаса в месткоме (Владимир Высоцкий)
Инструкция перед поездкой за рубеж, или Полчаса в месткоме
слова и музыка Владимир Высоцкий
Я вчера закончил ковку,
Я два плана залудил, —
И в загранкомандировку
От завода угодил.
Копоть, сажу смыл под душем,
Съел холодного язя, —
И инструктора послушал —
Что там можно, что нельзя.
Там у них пока что лучше бытово, —
Так чтоб я не отчубучил не того,
Он мне дал прочесть брошюру — как наказ,
Чтоб не вздумал жить там сдуру как у нас.
Говорил со мной как с братом
Про коварный зарубеж,
Про поездку к демократам
В польский город Будапешт:
«Там у них уклад особый —
Нам так сразу не понять, —
Ты уж их, браток, попробуй
Хоть немного уважать.
Будут с водкою дебаты — отвечай:
„Нет, ребяты-демократы, — только чай!“
От подарков их сурово отвернись:
„У самих добра такого — завались!“»
Он сказал: «Живя в комфорте —
Экономь, но не дури, —
И гляди не выкинь фортель —
С сухомятки не помри!
В этом чешском Будапеште —
Уж такие времена —
Может, скажут „пейте-ешьте“,
Ну а может — ни хрена!»
Ох, я в Венгрии на рынок похожу,
На немецких на румынок погляжу!
Демократки, уверяли корешá,
Не берут с советских граждан ни гроша!
«Буржуазная зараза
Всё же ходит по пятам, —
Опасайся пуще глаза
Ты внебрачных связей там:
Там шпиёнки с крепким телом, —
Ты их в дверь — они в окно!
Говори, что с этим делом
Мы покончили давно.
Могут действовать они не прямиком:
Шасть в купе — и притворится мужиком, —
А сама наложит тола под корсет…
Проверяй, какого пола твой сосед!»
Тут давай его пытать я:
«Опасаюсь — маху дам, —
Как проверить? — лезть под платье —
Так схлопочешь по мордам!»
Но инструктор — парень дока,
Деловой — попробуй срежь!
И опять пошла морока
Про коварный зарубеж…
Я два плана залудил, —
И в загранкомандировку
От завода угодил.
Копоть, сажу смыл под душем,
Съел холодного язя, —
И инструктора послушал —
Что там можно, что нельзя.
Там у них пока что лучше бытово, —
Так чтоб я не отчубучил не того,
Он мне дал прочесть брошюру — как наказ,
Чтоб не вздумал жить там сдуру как у нас.
Говорил со мной как с братом
Про коварный зарубеж,
Про поездку к демократам
В польский город Будапешт:
«Там у них уклад особый —
Нам так сразу не понять, —
Ты уж их, браток, попробуй
Хоть немного уважать.
Будут с водкою дебаты — отвечай:
„Нет, ребяты-демократы, — только чай!“
От подарков их сурово отвернись:
„У самих добра такого — завались!“»
Он сказал: «Живя в комфорте —
Экономь, но не дури, —
И гляди не выкинь фортель —
С сухомятки не помри!
В этом чешском Будапеште —
Уж такие времена —
Может, скажут „пейте-ешьте“,
Ну а может — ни хрена!»
Ох, я в Венгрии на рынок похожу,
На немецких на румынок погляжу!
Демократки, уверяли корешá,
Не берут с советских граждан ни гроша!
«Буржуазная зараза
Всё же ходит по пятам, —
Опасайся пуще глаза
Ты внебрачных связей там:
Там шпиёнки с крепким телом, —
Ты их в дверь — они в окно!
Говори, что с этим делом
Мы покончили давно.
Могут действовать они не прямиком:
Шасть в купе — и притворится мужиком, —
А сама наложит тола под корсет…
Проверяй, какого пола твой сосед!»
Тут давай его пытать я:
«Опасаюсь — маху дам, —
Как проверить? — лезть под платье —
Так схлопочешь по мордам!»
Но инструктор — парень дока,
Деловой — попробуй срежь!
И опять пошла морока
Про коварный зарубеж…
Популярно объясняю для невежд:
Я к болгарам уезжаю — в Будапешт.
«Если темы там возникнут — сразу снять, —
Бить не нужно, а не вникнут — разъяснять!»
Я ж по-ихнему — ни слова, —
Ни в дугу и ни в тую́!
Молот мне — так я любого
В своего перекую!
Но ведь я — не агитатор,
Я — потомственный кузнец…
Я к полякам в Улан-Батор
Не поеду наконец!
Сплю с женой, а мне не спится: «Дусь, а Дусь!
Может, я без заграницы обойдусь?
Я ж не ихнего замесу — я сбегу,
Я на ихнем — ни бельмеса, ни гугу!»
Дуся дремлет как ребёнок,
Накрутивши бигуди, —
Отвечает мне спросонок:
«Знаешь, Коля, — не зуди!
Что ты, Коля, больно робок —
Я с тобою разведусь! —
Двадцать лет живём бок о бок —
И все время: „Дуся, Дусь…“
Обещал, — забыл ты нешто? ну хорош! —
Что клеенку с Бангладешта привезешь.
Сбереги там пару рупий — не бузи, —
Мне хоть чё — хоть чёрта в ступе — привези!»
Я уснул, обняв супругу —
Дусю нежную мою, —
Снилось мне, что я кольчугу,
Щит и меч себе кую.
Там у них другие мерки, —
Не поймёшь — съедят живьём, —
И всё снились мне венгерки
С бородами и с ружьём.
Снились Дусины клеёнки цвета беж
И нахальные шпиёнки в Бангладеш…
Поживу я — воля божья — у румын, —
Говорят — они с Поволжья, как и мы!
Вот же женские замашки! —
Провожала — стала петь.
Отутюжила рубашки —
Любо-дорого смотреть.
До свиданья, цех кузнечный,
Аж до гвоздика родной!
До свиданья, план мой встречный,
Перевыполненный мной!
Пили мы — мне спирт в аорту проникал,—
Я весь путь к аэропорту проикал.
К трапу я, а сзади в спину — будто лай:
«На кого ж ты нас покинул, Николай!»
Я к болгарам уезжаю — в Будапешт.
«Если темы там возникнут — сразу снять, —
Бить не нужно, а не вникнут — разъяснять!»
Я ж по-ихнему — ни слова, —
Ни в дугу и ни в тую́!
Молот мне — так я любого
В своего перекую!
Но ведь я — не агитатор,
Я — потомственный кузнец…
Я к полякам в Улан-Батор
Не поеду наконец!
Сплю с женой, а мне не спится: «Дусь, а Дусь!
Может, я без заграницы обойдусь?
Я ж не ихнего замесу — я сбегу,
Я на ихнем — ни бельмеса, ни гугу!»
Дуся дремлет как ребёнок,
Накрутивши бигуди, —
Отвечает мне спросонок:
«Знаешь, Коля, — не зуди!
Что ты, Коля, больно робок —
Я с тобою разведусь! —
Двадцать лет живём бок о бок —
И все время: „Дуся, Дусь…“
Обещал, — забыл ты нешто? ну хорош! —
Что клеенку с Бангладешта привезешь.
Сбереги там пару рупий — не бузи, —
Мне хоть чё — хоть чёрта в ступе — привези!»
Я уснул, обняв супругу —
Дусю нежную мою, —
Снилось мне, что я кольчугу,
Щит и меч себе кую.
Там у них другие мерки, —
Не поймёшь — съедят живьём, —
И всё снились мне венгерки
С бородами и с ружьём.
Снились Дусины клеёнки цвета беж
И нахальные шпиёнки в Бангладеш…
Поживу я — воля божья — у румын, —
Говорят — они с Поволжья, как и мы!
Вот же женские замашки! —
Провожала — стала петь.
Отутюжила рубашки —
Любо-дорого смотреть.
До свиданья, цех кузнечный,
Аж до гвоздика родной!
До свиданья, план мой встречный,
Перевыполненный мной!
Пили мы — мне спирт в аорту проникал,—
Я весь путь к аэропорту проикал.
К трапу я, а сзади в спину — будто лай:
«На кого ж ты нас покинул, Николай!»
Первая редакция
Я вчера закончил ковку
И два плана залудил, —
И профком мне дал путевку,
Да не дал, а — наградил!
Мне и лестно, и приятно, —
Наградили по делам!
Ну, не то чтобы бесплатно,
А примерно пополам.
Популярно объясняю для невежд:
Я к болгарам выезжаю в Будапешт.
Я вчера прослушал с трёх и до шести —
Где чего, куда и как себя вести.
Мы с инструктором, как с братом,
Он сказал про зарубеж:
Ты, мол, едешь к демократам
В главный город Бунгладеж.
“Ешь там овощи и фрукты,
Вещи можешь покупать,
Ну а их, — сказал инструктор, —
Постарайся уважать.
Там, у них, — немного лучше бытово.
Так чтоб я не отчубучил не того,
Он мне дал прочесть брошюру — как наказ:
Вдруг начну я жить там сдуру — как у нас.
И сидел со мной, как с братом,
Выяснял что на душе,
Главный спец по демократам,
Бывший третий атташе.
И часу примерно в пятом
Он поведал, зарыдал:
“Я за тягу к их девчатам
Незаконно пострадал!”
В Будапеште я на рынок похожу,
Да на чешек, на румынок погляжу.
Накуплю себе ботинок и одежд! —
Убери своих кубинок, Будапешт!
В выраженьях точных, сжатых
Инструктировал, как пел, —
Он на этих демократах,
Говорят, собаку съел.
“Ешь там овощи и фрукты,
Чтоб заметно не тощать,
У румын, — вздохнул инструктор, -
Очень любят угощать”.
Плакал он: “Живя в комфорте, не дури!
Но смотри не выкинь фортель, не помри!
Тут у нас один из Вятки инженер —
Просто помер с сухомятки, например”.
И два плана залудил, —
И профком мне дал путевку,
Да не дал, а — наградил!
Мне и лестно, и приятно, —
Наградили по делам!
Ну, не то чтобы бесплатно,
А примерно пополам.
Популярно объясняю для невежд:
Я к болгарам выезжаю в Будапешт.
Я вчера прослушал с трёх и до шести —
Где чего, куда и как себя вести.
Мы с инструктором, как с братом,
Он сказал про зарубеж:
Ты, мол, едешь к демократам
В главный город Бунгладеж.
“Ешь там овощи и фрукты,
Вещи можешь покупать,
Ну а их, — сказал инструктор, —
Постарайся уважать.
Там, у них, — немного лучше бытово.
Так чтоб я не отчубучил не того,
Он мне дал прочесть брошюру — как наказ:
Вдруг начну я жить там сдуру — как у нас.
И сидел со мной, как с братом,
Выяснял что на душе,
Главный спец по демократам,
Бывший третий атташе.
И часу примерно в пятом
Он поведал, зарыдал:
“Я за тягу к их девчатам
Незаконно пострадал!”
В Будапеште я на рынок похожу,
Да на чешек, на румынок погляжу.
Накуплю себе ботинок и одежд! —
Убери своих кубинок, Будапешт!
В выраженьях точных, сжатых
Инструктировал, как пел, —
Он на этих демократах,
Говорят, собаку съел.
“Ешь там овощи и фрукты,
Чтоб заметно не тощать,
У румын, — вздохнул инструктор, -
Очень любят угощать”.
Плакал он: “Живя в комфорте, не дури!
Но смотри не выкинь фортель, не помри!
Тут у нас один из Вятки инженер —
Просто помер с сухомятки, например”.
Но стоял я у конфорки,
Как умерший инженер:
Сухари, они в комфорте
Пригодятся в ГДР!
Потому что в Будапеште —
Уж такие времена —
Может, скажут “пейте-ешьте”,
Ну а может — ни хрена ”.
Будут с водкою дебаты — отвечай:
“Нет, ребята-демократы, — только чай!”
Мысли скользкие и темы сразу снять!
Преимущества системы — разъяснять!
Я сказал, что в смысле слова —
Совершенно ни в тую!
Молот в руки — я любого
В своего перекую.
Но ведь я не агитатор —
Я потомственный кузнец.
Я к полякам в Улан-Батор
Не поеду, наконец!
Сплю с женой, а мне не спится: “Дусь, а Дусь!
Может, я без заграницы обойдусь?
Я ж не ихнего замеса — я сбегу.
Я ж на ихнем ни бельмеса, ни гугу!”
Дуся дремлет, как ребёнок,
Накрутивши бигуди.
Отвечает мне спросонок:
“Знаешь, Коля, — не зуди.
Ты же сильный, сдвинешь горы!
Силу чувствуют они,
А затеют разговоры,
Ты их, Коля, припугни!”
Мог и сам я догадаться — не кретин! —
Только мне инструктор драться запретил.
Там ведь каждый застрахован, — только ждал
Чтобы я их устным словом убеждал.
”Что ты, Коля, больно робок, —
Я с тобою разведусь.
Двадцать лет живем бок о бок —
И все время: ‘Дусь, а Дусь!’
Я тебя неволю нешто? —
Сам затеивал бузу,
Говорил: “Из Будапешта
Чёрта в ступе привезу!”
Ты уж, Коленька, супругу уважай,
Согласился с перепугу, так езжай!
Сбереги хоть пару рупий, не бузи.
Хоть умри, а чёрта в ступе привези”.
Как умерший инженер:
Сухари, они в комфорте
Пригодятся в ГДР!
Потому что в Будапеште —
Уж такие времена —
Может, скажут “пейте-ешьте”,
Ну а может — ни хрена ”.
Будут с водкою дебаты — отвечай:
“Нет, ребята-демократы, — только чай!”
Мысли скользкие и темы сразу снять!
Преимущества системы — разъяснять!
Я сказал, что в смысле слова —
Совершенно ни в тую!
Молот в руки — я любого
В своего перекую.
Но ведь я не агитатор —
Я потомственный кузнец.
Я к полякам в Улан-Батор
Не поеду, наконец!
Сплю с женой, а мне не спится: “Дусь, а Дусь!
Может, я без заграницы обойдусь?
Я ж не ихнего замеса — я сбегу.
Я ж на ихнем ни бельмеса, ни гугу!”
Дуся дремлет, как ребёнок,
Накрутивши бигуди.
Отвечает мне спросонок:
“Знаешь, Коля, — не зуди.
Ты же сильный, сдвинешь горы!
Силу чувствуют они,
А затеют разговоры,
Ты их, Коля, припугни!”
Мог и сам я догадаться — не кретин! —
Только мне инструктор драться запретил.
Там ведь каждый застрахован, — только ждал
Чтобы я их устным словом убеждал.
”Что ты, Коля, больно робок, —
Я с тобою разведусь.
Двадцать лет живем бок о бок —
И все время: ‘Дусь, а Дусь!’
Я тебя неволю нешто? —
Сам затеивал бузу,
Говорил: “Из Будапешта
Чёрта в ступе привезу!”
Ты уж, Коленька, супругу уважай,
Согласился с перепугу, так езжай!
Сбереги хоть пару рупий, не бузи.
Хоть умри, а чёрта в ступе привези”.
Вторая редакция
Только я закончил ковку
И два плана залудил, —
Как завком в командировку
За границу отрядил.
Копоть, сажу смыл под душем,
Скушал наскоро язя
И инструкцию послушал,
Что там можно, что нельзя.
Я два дня зубрил брошюру — вот напасть!
Чтоб впросак у них там сдуру не попасть.
Карту миру изучил и вместе с тем —
Строй взаимно существующих систем.
Мы с инструктором, как с братом,
Он сказал про зарубеж:
Ты, мол, едешь к демократам
В польский город Будапешт.
“Ешь там овощи и фрукты,
Днём старайся больше спать,
А румын, — сказал инструктор, —
Постарайся уважать.
Будут речи и дебаты — отвечай:
”Я, ребяты-демократы , — только чай!”
Все подарки их сурово отвергай:
У самих добра такого — до фига!
И два плана залудил, —
Как завком в командировку
За границу отрядил.
Копоть, сажу смыл под душем,
Скушал наскоро язя
И инструкцию послушал,
Что там можно, что нельзя.
Я два дня зубрил брошюру — вот напасть!
Чтоб впросак у них там сдуру не попасть.
Карту миру изучил и вместе с тем —
Строй взаимно существующих систем.
Мы с инструктором, как с братом,
Он сказал про зарубеж:
Ты, мол, едешь к демократам
В польский город Будапешт.
“Ешь там овощи и фрукты,
Днём старайся больше спать,
А румын, — сказал инструктор, —
Постарайся уважать.
Будут речи и дебаты — отвечай:
”Я, ребяты-демократы , — только чай!”
Все подарки их сурово отвергай:
У самих добра такого — до фига!
Их шпионки-бабы шастают тайком
И умеют притвориться мужиком,
Если вдруг вдвоём в купе возьмёшь билет,
Проверяй, какого пола твой сосед.
Тут давай его пытать я:
«Опасаюсь — маху дам, —
Как проверить? — лезть под платье —
Так схлопочешь по мордам!»
Но инструктор — парень дока,
Деловой — попробуй срежь!
И опять пошла морока
Про коварный Будапешт.
Объявляю всё, что знаю для невежд,
Я к болгарам уезжаю в Бангладеш.
«Если темы там возникнут — сразу снять, —
Бить не нужно, а не вникнут — разъяснять!»
Нежно обнял с перепугу
Дусю бедную мою.
Снилось мне, что я кольчугу,
Щит и меч себе кую.
Снились Дусины клеёнки цвета беж
И бесстыжие шпиёнки в Бангладеш…
Поживу я — воля божья — у румын, —
Говорят — они с Поволжья, как и мы!
И умеют притвориться мужиком,
Если вдруг вдвоём в купе возьмёшь билет,
Проверяй, какого пола твой сосед.
Тут давай его пытать я:
«Опасаюсь — маху дам, —
Как проверить? — лезть под платье —
Так схлопочешь по мордам!»
Но инструктор — парень дока,
Деловой — попробуй срежь!
И опять пошла морока
Про коварный Будапешт.
Объявляю всё, что знаю для невежд,
Я к болгарам уезжаю в Бангладеш.
«Если темы там возникнут — сразу снять, —
Бить не нужно, а не вникнут — разъяснять!»
Нежно обнял с перепугу
Дусю бедную мою.
Снилось мне, что я кольчугу,
Щит и меч себе кую.
Снились Дусины клеёнки цвета беж
И бесстыжие шпиёнки в Бангладеш…
Поживу я — воля божья — у румын, —
Говорят — они с Поволжья, как и мы!
Из раннего исполнения
Главный спец по демократам
Вдруг сказал мне: “Коля, врежь!
Выпей с бывшим дипломатом
За крушение надежд!
Сам я был на это падким, —
Молвил он и зарыдал, —
Сам за тягу к демократкам
В Будапеште пострадал.
Вдруг сказал мне: “Коля, врежь!
Выпей с бывшим дипломатом
За крушение надежд!
Сам я был на это падким, —
Молвил он и зарыдал, —
Сам за тягу к демократкам
В Будапеште пострадал.
Ты меня, живя в комфорте, вспоминай,
И гляди, не выкинь фортель, Николай!
От даров и баб сурово отвернись,
Мол, у нас добра такого — завались!
И гляди, не выкинь фортель, Николай!
От даров и баб сурово отвернись,
Мол, у нас добра такого — завались!
Год: 1974
Жанр: АП, Классическая АП
Исполнение
| Видео/аудио | Исполнитель | Ссылка | Комментарий |
|---|---|---|---|
| Видео | Владимир Высоцкий | Link |
0
Аккорды
Am
Я вчера закончил ковку,
F7 E7
Я два плана залудил,-
E E7
И в загранкомандировку
E Am
От завода угодил.
A A7
Копоть, сажу смыл под душем,
Dm
Съел холодного язя,-
E7 E
И инструктора послушал -
E7 Am
Что там можно, что нельзя.
Я вчера закончил ковку,
F7 E7
Я два плана залудил,-
E E7
И в загранкомандировку
E Am
От завода угодил.
A A7
Копоть, сажу смыл под душем,
Dm
Съел холодного язя,-
E7 E
И инструктора послушал -
E7 Am
Что там можно, что нельзя.
A A7
Там у них пока что лучше
Dm
Бытово,-
E7 E
Так чтоб я не отчубучил
Am
Не того,
Dm
Он мне дал прочесть брошюру -
Am
Как наказ,
E7 E
Чтоб не вздумал жить там сдуру
Am
Как у нас.
Там у них пока что лучше
Dm
Бытово,-
E7 E
Так чтоб я не отчубучил
Am
Не того,
Dm
Он мне дал прочесть брошюру -
Am
Как наказ,
E7 E
Чтоб не вздумал жить там сдуру
Am
Как у нас.