Once
слова и музыка Михаил Щербаков
Мы прах. Мы явный прах.
В буквальном смысле пыль земли,
а также след в пыли. Мы мел
руин, щепа сухих древес,
морской песок и след в песке,
утиль музеев и настенный мох
пещер. Мы алебастр и тальк.
И та мука, что лик паяца белит.
И опилки закулисных стойл.
А также прочий арсенал
сыпучей всячины,
без коей шапито не шапито.
Мы несомненный прах.
Мы порох, что столетьями
лежит себе и ждёт —
ну разве что случайности,
поскольку в тайники,
где спрятан он, ни светлый эльф,
ни чёрный гном пути
не сыщет. Мы нагар и накипь,
зола и сажа мастерских,
густой на гробовой плите
нарост, налёт — убрав его,
прочтёшь слова: навек,
навек, навек, ушла, ушла,
ушла, любовь, любовь, любовь…
Мы несравненный прах.
Мы важный пепел, знатная
руда… Какой, не правда ли,
высокий стиль? Мы пыль,
но если мы не соль земли,
то кто же соль земли?
В буквальном смысле пыль земли,
а также след в пыли. Мы мел
руин, щепа сухих древес,
морской песок и след в песке,
утиль музеев и настенный мох
пещер. Мы алебастр и тальк.
И та мука, что лик паяца белит.
И опилки закулисных стойл.
А также прочий арсенал
сыпучей всячины,
без коей шапито не шапито.
Мы несомненный прах.
Мы порох, что столетьями
лежит себе и ждёт —
ну разве что случайности,
поскольку в тайники,
где спрятан он, ни светлый эльф,
ни чёрный гном пути
не сыщет. Мы нагар и накипь,
зола и сажа мастерских,
густой на гробовой плите
нарост, налёт — убрав его,
прочтёшь слова: навек,
навек, навек, ушла, ушла,
ушла, любовь, любовь, любовь…
Мы несравненный прах.
Мы важный пепел, знатная
руда… Какой, не правда ли,
высокий стиль? Мы пыль,
но если мы не соль земли,
то кто же соль земли?
1